Тёмные уголки
— Фамилия Демакова вам досталась от отца?
— Да, но он покинул нас, когда я была маленькой. Я выросла в клане латышей. С отцом мама познакомилась на сейсмической станции после геофизического факультета МГУ.
У бабушки в раннем возрасте открыли туберкулез. Ее отец был так богат, что отправил ее в Давос, на Волшебную гору. В течение года ее довольно безнадежный случай излечили, но порекомендовали больше не возвращаться в Латвию, чтобы не было резкой перемены климата.
Полгода она прожила в Ницце и полгода в Париже, работала в красильной мастерской костюмов Айседоры Дункан. По характеру она была довольно общительной, ей нравились парни, и самое интересное времяпрепровождение для нее начиналось после коммунистических мероприятий.
— Дедушка с бабушкой оставались коммунистами до конца?
— В конце 80-х появились первые критические статьи о социализме в журнале Literatыra un Mвksla. Дедушка был уязвлен. Он был убежден, что принцип распределения продуктов в социализме самый справедливый. Этот огромный разрыв между богатыми и бедными мы видим в сегодняшней Латвии.
В молодости дедушка был настолько стеснен в средствах, что у него не было денег на поезд — и он прошагал 80 километров от Мадлиене до Риги пешком, чтобы поступить в 1-ю гимназию. Социальное равноправие было для него очень важно, а в остальном он был настоящий латышский националист.
Бабушка была умной и хитрой. Эту хитрость она использовала, чтобы вызволить из Сибири максимальное количество сосланных друзей и родственников. Ей удалось вызволить и своих племянников, которых она усыновила. Да и меня назвали Хеленой в честь хорошей приятельницы бабушки, которую она также вытащила из Сибири.
Бабушке помогали партийные связи. Она использовала свой шарм на всю катушку!
— Вам приходилось делать обычную работу?
— Одно лето я две недели работала на конвейере на ВЭФе. Зарабатывала на жизнь с 15 лет, поднималась в пять утра и везла на айзкраукльский рынок наши сливы. Торговала ими, чтобы заработать на посещение ленинградских и московских музеев. В советские времена семь лет была уборщицей — американцам этот факт из моей биографии особенно симпатичен.
Дедушка хотел, чтобы я стала актрисой. Его огорчило, когда я отказалась от этой затеи. Произошло это из-за того, что в моей юности на заседании худсовета театра «Дайлес» в который раз отказались принимать постановку Lauzоsim galvas dotajв virzienв.
Партсекретарь Вия Артмане ядовитым голосом заявила режиссеру Петерсонсу: «Как вы можете ставить такую пьесу? Вы, наверное, не читали Манифеста коммунистической партии».
Я пришла домой, залезла к бабушке в кровать и заявила: «Я не буду актрисой». Но любовь к театру у меня бесконечна…
Источник:
